Как оно было у консула

Автор Глеб Корсунский
Избранное Удалить
В избранное!

Категория

Алия Глеб Корсунский

Содержание

Ну, здравствуй, Мегаполис! Виноват перед тобой, каюсь. Ведь обещал же клятвенно перед отъездом - писать, чуть ли не каждый день писать, с первого дня и до последнего издыхания писать. И вот, прошло ровным счетом три месяца, и - публика рыдает, - сподобился-таки. Пишу. Итак, привет еще раз всем старым знакомцам и новым, не менее приятным в большинстве своем, лицам. Я имею в виду корреспондентов Гайд-Парка, разумеется.


Почему не писал, отвечаю. Во-первых, компьютера не было, а теперь он есть. Без компьютера писать никак нельзя, это понятно. Во-вторых со всеми этими олимовскими делами, беготней и суетней куда-то начисто пропало то, что в обиходе зовут вдохновением. Без вдохновения тоже нельзя, а то получится что-то вроде "дневника ученицы 5-го "Б" класса Мыльниковой Надежды.". В общем-то, на этом лирическую часть можно считать законченной, так как все причины этим и исчерпываются.
…вот, начинается. Незабвенной памяти Билла Гейтса Microsoft Word подчеркнул волнистой красной линией слово "олимовскими". И исправлений даже не предложил. Нужно это учесть, а то кто знает, кто это читать будет. Не у всех еще ульпан (ч-ч-ерт! опять!) остатки великого и могучего заменил начатками древнего и дремучего. Меня недавно друг в письме попросил уточнить, "ульпан" -- это место обучения языку, или образ жизни? М-да. Ну, про свои впечатления от ульпана и иврита я еще напишу, а пока попрошу Word слово "ульпан" игнорировать во всех проявлениях, и обещаю тебе, Мегаполис, по-возможности ивритизмов не употреблять, а если уж без них никак не обойтись, то пояснять. Я за чистоту языка. Есть у некоторых такой мазаль не платить за схирут.
Итак, "олимовский" - это "присущий, либо принадлежащий олимам", а "олимы" - это репатрианты, как новые, так и не очень (до девяти лет в стране). А я продолжаю. На самом деле, когда мыслями я возвращался к данному мною обещанию, были времена, когда казалось мне, что писать, в общем-то, и не о чем. Все проблемы репатриантов похожи друг на друга как две капли воды, все их бытовые приключения на учрежденческо-языковой ниве - тоже. Все это уже описано, включая проблему приобретения автомобилей по кипрской кредитке. Потом пришел к выводу, что тут я, видимо, не прав. Все дело тут в нюансах (я их называю "фенечками"). Фенечки у всех свои, великолепные в своей неповторимости, у Якова Каца свои фенечки, и у Игоря Вида свои, уже другие, ну а у меня свои, третьи. Стоит про них написать, однозначно. Второй аспект, не менее преступный с моей стороны, - я чуть было не забыл себя, трехмесячной давности (это свежесть бывает только одна, а давностей много), жадно читающего очередной выпуск "Недели" или свежие сообщения Гайд-Парка; тогда меня интересовало буквально все, все подробности и частности нового неведомого мне мира, пусть даже у многих и схожие. И теперь я думаю о том, что там, откуда я уехал, остались еще такие же, жаждущие, и для них - стоит написать.
Подождите минутку, а то слезы душат. Вот, теперь нормально. Итак, вперед. Если по ходу повествования будут вопросы бытового характера - пишите, не стесняйтесь, чем могу - помогу.

Как оно было у консула

Если вы находитесь не по сю, а по ту сторону Уральского хребта, то за заветной визой поедете, наверняка, в консульство в Екатеринбурге. К этому моменту вы уже оформили загранпаспорт в ОВИРе, три раза перепечатав набело анкеты и конспиративно заверив их в отделе кадров по месту последней работы. Я, к примеру, достоявшись до ОВИРовского подполковника, в последний момент обнаружил, что не вписал в анкету жены, где она работала с 1995 по 1997; она нигде не работала, а сидела с ребенком, а я откуда знал, что это тоже надо вписывать? Увидев мое потрясенное лицо, подполковник разрешил вписать от руки. Человек с большой буквы. Правда, почему-то, в кабинете вписывать не разрешил, а выгнал в коридор, мол выйди, впиши и тут же вернись. Этого тактического нюанса я не понял, ну ладно. Главное - паспорт уже есть. Там, в ОВИРе, еще почему-то всем рекомендуют выписываться из квартиры, а иначе пугают, что "штамп поставят". Что означает и на что влияет этот штамп, никто не знает, и от этого еще страшнее. В ОВИРе сказали, что, мол "были прецеденты в некоторых консульствах, что отказывали в визе, если не выписан из квартиры". Все это геббельсовская брехня. Никто на этот штамп в консульстве не смотрит, если не хотите - не выписывайтесь на здоровье. Может, конечно, в консульстве Нидерландов, там смотрят, я не знаю.
Итак, паспорт на руках, первый этап Большого пути пройден. Вас выпускают. Теперь можно звонить в секретариат консула (это громко сказано, там одна миниатюрная девочка всем заправляет) и записываться на прием. Консул имеет быть три дня в месяц, и эти три дня работает чуть ли не круглосуточно, чтобы успеть принять всех записавшихся. А вы думали, вы один такой умный после кризиса? Запаситесь бутербродами на суточное бдение в очереди и не берите с собой мелких детей, они там ни к чему. Надо сказать, что чем раньше запишешься, тем больше шансов пройти в первых числах - часов через пять. Я вот первые сутки просто так отстоял, на ура, а утром следующего дня меня сразу приняли, так что я даже на обратный поезд успел.
Уже после двух часов разговоров в очереди начинает трясти. Трясет жутко, даже если все у тебя с обеих сторон с евреями в порядке до седьмого колена, и в анкете ты сдуру не написал, что тебя окрестили в бессознательном состоянии - все равно, такого наслушаешься, что ноги не держат от волнения.
Периодически появляется секретарша и вызывает очередную жертву. "Рубинштейн…. Кац…. Семеновы…. Петровы… Фридман…. ФРИДМАН!!! Ну зачем вы мучаете детей? Или не говорила я вам, что не надо брать детей???".
Евреи толпятся в узком коридоре и создают пробку, нагнетая атмосферу нервозности и ожидания.
Все это достигает апогея у дверей консула, так что к нему ты вваливаешься ни жив не мертв.
Пара перед нами выползает из дверей - на их лица больно и жалко смотреть. У них не оказывается с собой справки о расторжении брака, без которой консул не верит, что мама их мамы была еврейка. Я судорожно стискиваю пропотевшую от страха пачку документов и… ой, мама, наша фамилия. Жена за сутки уже настолько сроднилась с кем-то рядом стоящим в очереди, что уже не реагирует. Приходится будить.
Легендарный консул оказывается мужчиной видным, с усами, и вообще, похож на Панкратова-Черного в фильме про нофелет. Процедура проверки проходит без единого слова, нам дают визу и выпроваживают. Вот и все, а вы боялись. Пожалуйте в Сохнут, билеты заказывать.

(с) 1999, Glebby.

Ришон ле Цион,

Дата публикации

Среда, 28 сентября 2016

Последнее изменение

Среда, 28 сентября 2016

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Поиск туристических объектов


Поиск статей

Поиск блюд

Сейчас в сайте